?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

"10 лет назад умер Юрий Щекочихин. Мы знаем — это убийство, но доказать это теперь невозможно, потому что долгие годы прокуратура делала все, чтобы исчезли следы преступления...

Десять лет изматывающей борьбы с тем, что никак мы пока не можем одолеть. Десять лет встреч с теми, кто сначала шепотом говорит важнейшие вещи, а потом громко объявляет, что в глаза вас не видел. Тонны исписанной бумаги — только для того, чтобы возбудили уголовное дело по факту Юриной смерти, и раз за разом мы получали наглый отказ — без какого-либо обоснования. В итоге дело все-таки возбудили — через семь с половиной лет. Спасибо.

Только когда мы выкапывали Юрку — это следственное действие называется эксгумацией — уже было понятно, что поздно — время для экспертизы ушло. Но когда мы, как маньяки, носились с гробом по городу — потому что где-то не приняли, а где-то санитар отошел пообедать, — мы думали так: если есть хоть тысячная доля процента, мы не можем ее упустить.

Но и тысячная доля в итоге обернулась нулем. Результаты исследования укладываются в четыре слова — причина смерти не установлена...

Его страшно любили. И люто ненавидели — за журналистские и депутатские расследования.

Он умер 3 июля 2003 года. Это была страшная смерть. За две недели человек, которому было-то пятьдесят с небольшим, превратился в глубокого старика (эффект моментального старения — медики потом объяснят). По очереди отказывали все внутренние органы, клоками сходила кожа, выпадали волосы, все тело горело, как обожженное, и было невозможно дышать, потому что казалось — в легкие и носоглотку поступал плавленый металл.

Врачи в коридорах шептались про отравление. Но вслух об этом не сказал никто. Итоговый диагноз — весьма редкая аллергия, синдром Лайелла называется — по данным специалистов, один случай на миллион жителей. Чем вызвано — не выяснили: «агент» (вещество, вызвавшее развитие болезни) не установлен (так и написали в акте вскрытия), уголовное дело не возбудили, к телу на похоронах не подпускали хорошо обученные мордовороты, медицинские документы не выдали даже маме — врачебная тайна, говорят.

Доследственную проверку вела Кунцевская межрайонная прокуратура. Следователь пыталась пройти в ЦКБ, где умер Юра, но пустили не сразу. Изъяли медицинскую карту. Потом — спустя уже годы — выяснилось, что там же, в прокуратуре, ее и потеряли. Официальная версия: всю макулатуру со стола смела уборщица и выкинула — бывает. За потерю вещдока никто не наказан, а следователя — наоборот, повысили, после того как она переписала в постановление об отказе в возбуждении уголовного дела выводы посмертной медицинской экспертизы.

Вскрытие проводили известные специалисты, один из которых потом пришел в «Новую» и рассказал, что подписал результаты не глядя — пришлось… Но сообщил, что его — весьма компетентный — анализ позволяет предположить: смерть носила насильственный характер — Юру отравили. Причем бинарным (запомните это слово) веществом: это когда сначала вводится один ингредиент, абсолютно безвредный, а потом — другой, который, соединившись с первым, вызывает обвальную реакцию.

Друзья Щекочихина, из тех, кто не забился под корягу, журналисты «Новой» — требовали расследования. Тщетно. Отказывал лично зам генерального прокурора Бирюков (и это слово запомните). Шло время, возможностей установить яд становилось все меньше, особенно если он — органический и разлагается быстро...

Версии

Их было много — потому что Юра ухитрился влезть везде. Только что случился «Норд-Ост», Юра был в штабе и резко выступал против силовой спецоперации, а весной 2003 года разоблачил тайно награжденных по ее итогам — зам директора ФСБ и прочих. Именно в этот период ему угрожали, но, думается, все же в связи с другим.

С чем? Ну, чтоб вы понимали, — весьма неполный список… Щекочихин добивался отстранения от занимаемых должностей зам генпрокурора Колмогорова и зам генпрокурора Бирюкова (запомните это слово), поскольку, по мнению депутатов Госдумы, они тормозили расследование громких уголовных дел. Решение пленарного заседания Госдумы должно было быть принято в сентябре (за два месяца до смерти Щекочихина), требование об отставке могущественных генералов адресовалось президенту. Юра умер — документу не дали ход.

Щекочихин расследовал коррупционные истории, связанные с министром атомной энергетики Адамовым, который потом чуть ли не пытался судиться с Юрой посмертно, но был осужден сам.

Щекочихин выяснял судьбу денег, направленных на восстановление Чечни.

Щекочихин влез в дело «Бэнк оф Нью-Йорк» и должен был получить — внимание, в июле — документы, которые отказалась принимать Генеральная прокуратура. Они касались отмывания коррупционных денег чиновниками.

Щекочихин расследовал крупномасштабное воровство в Минобороны, в результате которого оружие уходило не просто налево, а — к чеченским боевикам.

Щекочихин вцепился мертвой хваткой в ФСБ за связь их высокопоставленных генералов с криминалом. Писал запросы, требовал ответов. Ну, например, дело о первых терактах в Москве, организованных бандой офицера ФСБ Макса Лазовского, ОПГ эта называлась — «Лазанские» (вспомнили?). Именно благодаря Щекочихину выяснилось, что многих криминальных авторитетов охраняла ФСБ, офицеры которой вместе с бандитами «разруливали» дела в нефтянке. «Братва плаща и кинжала» — так называлась эта статья, вызвавшая отставку начальника УФСБ по Москве генерала Трофимова (которого несколько позже пытались взорвать). Щекочихин тогда рассказал о том, как вместе с криминальными авторитетами арестовали действующих сотрудников ФСБ. Операцию проводил МУР, только руководивший операцией легендарный опер Цхай вскоре скоропостижно скончался в возрасте 39 лет — от цирроза печени, хотя не злоупотреблял спиртными напитками и не курил.

Чтобы было понятно, куда влез Щекочихин, — Лазовский был агентом секретного подразделения ФСБ — УРПО, руководил которым всесильный тогда генерал Хохольков, позволявший себе проиграть за одну ночь в казино несметную сумму в долларах и в чьем подчинении находились ныне всему миру известные Луговой и Литвиненко.

Осталось добавить еще одно дело, результатом которого стало землетрясение во всей системе российских спецслужб, — дело «Трех китов». Расследование о контрабанде, поступавшей в распоряжение всего-навсего мебельного магазина, которое начал Юра, привело к глобальному катаклизму. На свет вылезла история о потоках неучтенной продукции, поступавшей в Россию под прикрытием генералов ФСБ, — и это были не только безобидная мебель, просроченное мясо и китайские трусы, но и наркотики.

В итоге скандал стоил должностей генпрокурору Устинову, начальнику ФСКН Черкесову, начальнику таможни Ванину, зам директора ФСБ Анисимову и Шишину, а закончился — уголовным делом генерала Бульбова, отставкой министра внутренних дел Рушайло и всесильного главы экономического департамента ФСБ Заостровцева. После каскада отставок само уголовное дело было заглохло, но именно Щекочихин добился его возобновления — Путин лично и впервые в российской истории назначил независимого следователя Лоскутова, который был вынужден на личных встречах просить помощи президента, поскольку его распоряжений никто не исполнял. Вокруг Юры тогда крутилось огромное количество разного рода ЧОПов, основанных силовиками, и фондов их же поддержки — пытались договориться, но он был в этом отношении недоговороспособен. А когда умер — в тюрьму сели только стрелочники.

Вот такая странная аллергия с летальным исходом...

Ведущему токсикологу Европы неясно, почему уже спустя год уничтожен «влажный архив» гистологии (образцы внутренних органов). Эксперту непонятно, почему при исследовании использовались устаревшие методики (например, способ тонкослойной хроматографии — «наихудший» из всех возможных, очень старый метод, обладающий крайне низкой чувствительностью). И в целом у эксперта сложилось убеждение — токсикологический анализ неполон. Но восполнить его сейчас возможности нет — поздно. На данный момент лекарственные препараты, которые могли вызвать синдром Лайелла, не обнаружены, не нашли ни следов пестицидов, ни ядов. А превышение содержания алюминия и пониженное содержание меди не говорят ни о чем. «Такое исследование должно было проводиться сразу после смерти, сообразно современным методам проверки на яды, лекарства и летучие вещества».

Только это было никому не нужно. Время ушло, и серьезные попытки Следственного комитета наверстать упущенное, предпринятые в последнее время, и наши десять лет усилий не привели ни к чему. И потому — точка.

Правда, за последней надеждой пришла сама последняя — быть может, в рамках каких-нибудь иных уголовных дел что-нибудь и всплывет — такое, что позволит ответить на вопрос — кто убил Юру? И мы объявляем премию за любую существенную информацию." http://www.novayagazeta.ru/inquests/58870.html


Comments

( 1 comment — Leave a comment )
(Deleted comment)
( 1 comment — Leave a comment )

Latest Month

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Links

Tags

Powered by LiveJournal.com