Nikolai Sudenko (sudenko) wrote,
Nikolai Sudenko
sudenko

...И это все, к чему пришли

"...в 2015-м был обвал серьезный экономический, а в этом году половина населения России занималась тем, что адаптировалась к кризису, который несколько замедлится, потому что падать уже некуда. Соответственно, мы будем расти на 0,7, на 1,1, что на самом деле не является ростом, потому что с той глубины падения, с которой мы начинаем расти, это называется на самом деле в лучшем случае стагнацией, если не продолжающейся рецессией...

Елена Рыковцева: Если вернуться, к сожалению, в эти дни, в эти часы понятно, что мы все равно всеми этими мыслями в воскресенье – это первый день Рождества католического, когда случилась эта трагедия, вы ожидали, что произойдет этот страшный раскол неожиданный в обществе по поводу скорби? Вы такое могли спрогнозировать? Вам ситуация, которая случилась, кажется кем-то искусственно смоделированной или не могло это не накопиться, не могло это не прорваться, это состояние войны, в котором мы жили все эти три года? Как вы все это оцениваете, это совершенно неожиданная и нетипичная история.

Андрей Колесников: Спрогнозировать можно было бы ровно потому, что упал не просто самолет, а упал самолет, который летел в Сирию, который летел фактически на войну, с очень специфическим составом.

Это не могло не вызвать ненависти, взаимных споров в обществе, где нет взаимного доверия. Общество, которое на самом деле не консолидировано, что бы ни говорил наш начальник высший, в высокой степени расколото. Вот этот язык ненависти не мог не проявиться, он проявился. Конечно, я совершенно не приветствую, совсем не приветствую слов, написанных моей бывшей подчиненной в газете "Известия" Божены Рынской, это легкое безумие на самом деле, экзальтированность, как это ни назови. Но это симптоматика. Это симптоматика того, что общество сильно расколото, общество находится в состоянии войны. Споры идут далеко не интеллигентные. Противоположная сторона рассматривается как сторона конфликта, просто уволить, замочить, посадить, выразить радость, наоборот, по поводу трагедии. Это говорит о том, что общество находится в состоянии войны. Страна находится на самом деле в состоянии войны, потому что мы фактически ведем необъявленную войну в Сирии, там есть жертвы, эти жертвы появлялись в течение всего года, проявились они особенно в конце года, и самолет жертва войны, и посол Карлов – жертва войны, и медсестры, погибшие в Алеппо, – жертвы войны, никому не нужной. Борьба с терроризмом на дальних подступах? Думаю, что нет. Я думаю, что наша геополитическая амбиция – это наша попытка строить мир по своим правилам. Я не отношу себя к этой власти, есть страна, ее нужно отделять от власти, которая сейчас управляет этой страной на деньги налогоплательщиков, запускает эти самолеты в Сирию, бомбы в Сирию, индексирует пенсии на 4%, зато с бомбами у нас все о'кей. Это на самом деле тяжелейшие итоги года в том смысле, что мы находимся в разных смыслах в состоянии войны...

Андрей Колесников: Можно опять же понять такую тихую грусть, потому что только что прошел траур, радоваться всерьез не о чем. Кстати говоря, эти катастрофы, я убийство нашего посла в Турции тоже к катастрофе бы отнес, они очень симптоматичны, они как будто закрывают год и демонстрируют, что у нас плохого. Качество жизни – пьем "Боярышник" и травимся им. Это даже не меряется показателями ВВП, инфляцией, правда, меряется, потому что люди могли хотя бы водку пить, а они пьют эту гадость. Качество жизни, представление о жизни, восприятие жизни. Убийство посла – это мы гибнем на войне сирийской, падение самолета – это мы тоже гибнем на войне сирийской. У нас такой парк самолетов, причем самолетов, находящихся в ведомстве, которое получает гигантские деньги, просто купается в этих самых деньгах, несмотря на сокращение оборонных расходов в будущем году, все равно будет купаться в них больше, чем какое-нибудь здравоохранение, не говоря уже об образовании и прочем человеческом капитале. Так что такая у нас жизнь и так год у нас закрывается...

Елена Рыковцева: Если вернуться, к сожалению, в эти дни, в эти часы понятно, что мы все равно всеми этими мыслями в воскресенье – это первый день Рождества католического, когда случилась эта трагедия, вы ожидали, что произойдет этот страшный раскол неожиданный в обществе по поводу скорби? Вы такое могли спрогнозировать? Вам ситуация, которая случилась, кажется кем-то искусственно смоделированной или не могло это не накопиться, не могло это не прорваться, это состояние войны, в котором мы жили все эти три года? Как вы все это оцениваете, это совершенно неожиданная и нетипичная история.

Андрей Колесников: Спрогнозировать можно было бы ровно потому, что упал не просто самолет, а упал самолет, который летел в Сирию, который летел фактически на войну, с очень специфическим составом. Это не могло не вызвать ненависти, взаимных споров в обществе, где нет взаимного доверия. Общество, которое на самом деле не консолидировано, что бы ни говорил наш начальник высший, в высокой степени расколото. Вот этот язык ненависти не мог не проявиться, он проявился. Конечно, я совершенно не приветствую, совсем не приветствую слов, написанных моей бывшей подчиненной в газете "Известия" Божены Рынской, это легкое безумие на самом деле, экзальтированность, как это ни назови. Но это симптоматика. Это симптоматика того, что общество сильно расколото, общество находится в состоянии войны. Споры идут далеко не интеллигентные. Противоположная сторона рассматривается как сторона конфликта, просто уволить, замочить, посадить, выразить радость, наоборот, по поводу трагедии. Это говорит о том, что общество находится в состоянии войны. Страна находится на самом деле в состоянии войны, потому что мы фактически ведем необъявленную войну в Сирии, там есть жертвы, эти жертвы появлялись в течение всего года, проявились они особенно в конце года, и самолет жертва войны, и посол Карлов – жертва войны, и медсестры, погибшие в Алеппо, – жертвы войны, никому не нужной. Борьба с терроризмом на дальних подступах? Думаю, что нет. Я думаю, что наша геополитическая амбиция – это наша попытка строить мир по своим правилам. Я не отношу себя к этой власти, есть страна, ее нужно отделять от власти, которая сейчас управляет этой страной на деньги налогоплательщиков, запускает эти самолеты в Сирию, бомбы в Сирию, индексирует пенсии на 4%, зато с бомбами у нас все о'кей. Это на самом деле тяжелейшие итоги года в том смысле, что мы находимся в разных смыслах в состоянии войны...

Нет понимания того, как двигаться, куда двигаться, что должно стать повесткой президентских выборов, пускать ли на них Навального. Володин сказал не пускать. Случайно так получилось, Верховный суд сдуру, а может быть не сдуру, я думаю, окончательного решения нет, суд у нас независимый, а вдруг приговор будет оправдательный. Вообще бог знает что может произойти. Не знаю, озабочено ли руководство политическое тем, что не будет интриги в президентской кампании. Мы все время думаем, что нужна интрига, чтобы была явка. Может быть, не надо никакой интриги, бог с ней с этой явкой. Медведев же объяснил или кто-то еще, что у нас европейская явка, народ на выборы не ходит. Половина страны даст 90% явку как надо, и никакая Элла Памфилова не поможет снижению этой явки фактически референдума о доверии Путину. Дальше куда-то надо двигаться, поэтому и дают возможность Кудрину поработать над стратегией развития очень подробной, безусловно интересной, но приходящей в чудовищное противоречие с лентой новостей каждодневной, в чудовищное противоречие с мозгами нации, в чудовищное противоречие с мозгами элиты, с этой жуткой архаизацией, которая проявилась в 2016 году. Потому что главная война, на мой взгляд, которая была в уходящем году – это война по поводу истории, в которой отличились все, от Мединского до Михалкова. У нас ставились памятники Сталину, у нас ставились памятники Грозному, который есть на самом деле памятник Сталину, а на самом деле это памятник Путину. У нас ставились, снимались памятники людоеду. Нет никакого национального консенсуса, у нас борется официальная память с контрпамятью. У нас общество "Мемориал", что я считаю вообще оскорблением памяти миллионов жертв ГУЛАГа, считается "иностранным агентом" – это безнравственно. Черт с этим законом, хорошо, он есть уже, но это наша история, это организация, которая занимается самым важным для мозгов и душ – историей...

...все-таки на Западе, смешную вещь скажу, демократия. Вот эти лидеры уйдут, их переизберут, в отличие от наших лидеров, которых невозможно переизбрать никакими силами, сдвинуть их с места тоже нельзя, сами они тоже не уходят никуда никогда ни в какие отставки, что бы там ни случилось. Там есть страховочная сетка в виде демократических институтов, народ имеет возможность проголосовать. Там тоже расколота нация, половина за консерваторов, половина за либерализм. Но можно изменить власть, маятник качается. У нас он не качается, он застыл..."...
http://www.svoboda.org/a/28202139.html

Чтобы внезапно не ошпариться, должен осторожным быть руководитель, если в Отечестве родном произведен смеситель.
Tags: Путин и Ко., Радио Свобода, Сирия, бумеранг, войны России, вцепившиеся во власть, достижения, итоги, их борьба, мнения, натравляй и властвуй, ненависть, несменяемые, похоронное дело, прогноз, смерть, украденное время, фронтовик Путин
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments