?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

"...Впервые об интересе церкви к их зданию работники НИИ узнали в начале 2000-х, когда молодой отец Артемий, священник уцелевшего храма Всех Святых (который вернулся в лоно церкви еще в 1991 году) попросил позволения у тогдашнего директора НИИ Бориса Котенева изредка проводить службы в маленьком актовом зале института, в стене которого сохранились фрагменты кирпичной кладки колокольни разрушенного собора. Директор был человеком набожным и разрешил отцу Артемию и его старушкам-прихожанкам свободно проходить на режимный объект. Спустя несколько лет, в 2004 году, РПЦ предприняла первую попытку получить здание, потребовав у Росимущества безвозмездно передать ей ряд «нежилых помещений» на улице Верхняя Красносельская, 17 (то есть здание института). Однако на тот момент закон о реституции еще не был принят, и чиновники с легким сердцем ответили отказом, сообщив просителям из РПЦ, что здание ВНИРО не является церковью, не предназначено для религиозного назначения, более того: оно даже не имеет статуса памятника, охраняемого государством.

На этом маневры вокруг здания института, казалось, закончились...

В миру Ксения Чернега окончила юридическую академию, а, приняв постриг, быстро получила репутацию яростного борца за обретение в церковную собственность прежде светских объектов недвижимости. Именно она добилась от Правительства РФ введения упрощенной формы финансовой отчетности для религиозных организаций, участвовала в разработке программы школьного предмета «Основы религиозных культур и светской этики», а также была одним из авторов ряда нашумевших законов: «О защите чувств верующих», «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения». Под ее личным руководством иски о возвращении недвижимости церкви оказались поставлены на поток. А в споре РПЦ и ВНИРО матушка Ксения, как игуменья монастыря, — еще и лицо кровно заинтересованное. И именно она представляет интересы Патриархии в суде.

В 2016 году Московская Патриархия подала иск об истребовании здания НИИ. Притязания РПЦ опираются на Закон «О возвращении религиозным организациям имущества религиозного назначения», принятый в 2010 году. Согласно ему «монастырские, храмовые и иные культовые комплексы, построенные для осуществления или обеспечения…богослужений» должны быть возвращены Церкви.

В иске, поданном Московской Патриархией против ВНИРО, комплекс института упоминается исключительно как «здание церкви». Хотя внешне огромное угловатое здание НИИ менее всего напоминает православный храм. В деле присутствует искусствоведческая экспертиза, сделанная по заказу РПЦ искусствоведом частного научно-проектного реставрационного предприятия «Симаргл» М.Г. Карповой. В этой экспертизе не только описан каждый кирпичик в стенах цокольного и первого этажей НИИ, сохранившийся после сноса церкви в 30-х годах, — но даже нечто большее. «Вытянутая трапезная сохранила лотковый свод, который подшит. Западная стена трапезной отодвинута от пилонов колокольни. Основание колокольни соединено аркой с уцелевшим фрагментом притвора южного придела середины XIX века» — и так далее, шаг за шагом искусствовед Карпова подводит к выводу, что в 30-х годах церковь была не разрушена, а просто «встроена в здание института». И, поскольку разделить их теперь невозможно, все здание научного института должно принадлежать Церкви.

Любопытно, что к экспертизе искусствоведа Карповой не прилагаются никакие фотографии: они в деле отсутствуют вообще. Все, что описано в экспертизе, касается цокольного этажа (то есть фактически подвала) института, где массивная кладка действительно местами проглядывает. Но в актовом зале и части вестибюля о церкви, стоявшей на этом месте, напоминает только какая-то «не научная» изогнутость стен. На глаз определить, где кирпичи, принадлежавшие монастырю, а где — уже советские, невозможно. Это могла бы установить только архитектурная экспертиза, однако ее в деле нет. Не упоминается в деле и сложнейшие инженерные работы, которые проводились при строительстве здания НИИ — гидроизоляция стен, полов и потолков, их особая перешивка и заливка. Для РПЦ все эти изыскания были бы явно не на пользу. А Росимущество, которому принадлежит здание ВНИРО, как-то не озаботилось. При этом ни в ВНИРО, ни в Росрыболовстве до последнего момента никто и предположить не мог, что церковь всерьез намерена отобрать здание института. «Узнали мы об этом, когда нас вызвали повесткой в суд, — говорит Юлия Зайцева, — времени на подготовку не было». Позиция Росимущества так же неизменна. «Мы всецело выступаем за исполнение закона о реституции, — прокомментировала «Новой газете» ситуацию начальник пресс-службы Арина Лазарева. — Об этом свидетельствует и статистика. С момента принятия Федерального закона от 30.11.2010 № 327-ФЗ в Росимущество поступило более 900 заявлений от религиозных организаций всех конфессий. Большую долю заявок составляют обращения Русской Православной Церкви.
В 2016 году в Росимущество поступило 246 заявлений от религиозных организаций о передаче религиозных объектов. Из них было передано 146 объектов, более 90 % в пользование РПЦ».

В ноябре 2016 года Арбитражный суд удовлетворил претензию Церкви и постановил: выселить НИИ из здания и отдать его Московскому Патриархату. ВНИРО, федеральное агентство по рыболовству, которому структурно подчиняется НИИ, и Росимущество подали апелляционную жалобу.

На последнем заседании апелляционного суда по рассмотрению жалоб ВНИРО и Росрыболовства в конце января 2017 года — игуменья Ксения Чернега заявила: «Здание научного института будет разрушено. На его месте будет вновь построена церковь».

Суд оставил в силе решение первой инстанции о выселении научного института из здания. Теперь вся надежда на президиум Арбитражного суда Московского округа.

Очевидно, что предполагаемый снос НИИ и последующее строительство на его месте нового храма — дело крайне затратное. Однако — и это обстоятельство многократно подмечено всеми, кто наблюдает за судьбой возвращенного имущества церкви, — РПЦ охотнее вкладывается в новое глянцевое строительство, чем в спасение и реставрацию исторических церквей. Так Алексеевский женский монастырь, который сейчас возглавляет матушка Ксения, находится в плачевном состоянии. У ворот храма Всех Святых висит большое объявление с просьбой к прихожанам жертвовать деньги на восстановление собора, который разрушается: «Множественные сколы, расслаивания, трещины… отсутствие ливневой канализации и гидроизоляции фундамента приводит к его систематическому намоканию и может привести к полному разрушению.

Насельницы монастыря круглосуточно вдыхают вредные испарения от обильных грибковых образований. Просьба всем неравнодушным не отказать в поддержке». Работники храма на вопрос, почему не реставрируется храм, печально разводят руками: «Денег на нас нет. Да и наша матушка очень занятой человек»...

P.S.
«Новая газета» обратилась в Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ с просьбой прокомментировать ситуацию вокруг здания НИИ. Однако в отделе нам сообщили: «У нас начало поста, и мы все в расслабленном режиме. Позвоните в понедельник»...
https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/02/28/71636-rybnoe-mesto



Пустив гостей «в расслабленном режиме» за накрытый стол, не удивляйтесь, если чрезвычайно им понравится огурчиков рассол.

Latest Month

November 2019
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Links

Tags

Powered by LiveJournal.com