Сталин без расстрелов у стенки что без чеснока гренки

Игорь Пушкарев много лет собирал свидетельства о жизни деда, героя Первой мировой войны, награжденного тремя Георгиевскими крестами, и подал на реабилитацию. 5 мая 2017 года, через 80 лет после казни, президиум Забайкальского краевого суда, рассмотрев иск на закрытом заседании (дело остается секретным!), принял решение реабилитировать Дмитрия Пушкарева...

– Все, кто со мной занимался этим делом, адвокаты и люди добрые, которые мне помогали, пришли к выводу, что дело было сфальсифицировано, все это выдумано. Там всё говорит о том, что это было придумано на потребу дня, чтобы подвести его под такую статью, которая бы однозначно положила его в могилу.

– То есть никакого расстрела партизан не было?

– Разумеется. Про одного человека, о котором написано, что дед лично его расстрелял, мы нашли архивную справку, что этот человек умер в 1959 году. Есть справка председателя сельсовета.

– В шпионаже не обвиняли, как обычно тогда делали?

– В шпионаже не обвиняли. Им хватило вполне двух статей – 58.1 и 58.13, чтобы его закопать.

– Дело засекречено, но у вас была возможность ознакомиться с документами?

– Да. Я сначала дал подписку о неразглашении, потом меня ознакомили.

– А доносы там были?

– Не доносы, а протоколы показаний свидетелей. Три протокола. Потом оказалось, что в 1962 году проводилась перепроверка, один из свидетелей, оставшийся в живых на тот момент, отказался от своих показаний, сказал, что Черняев, начальник Мангутского погранотряда, заставил его подписать, протокол был уже составлен. Он тогда тоже сидел в НКВД у них, и Черняев ему сказал: "Подписывай, а то будешь стоять здесь, пока не подпишешь". Он и подписал. Давал показания не только на моего деда, его периодически выводили из камеры и заставляли подписывать те или иные протоколы.

– Почему же в 1962 году при пересмотре его все-таки не реабилитировали?

– В протоколах допроса свидетелей характеристики ему дают, что это ярый белогвардеец, отъявленный беляк, станичный атаман, кулак отъявленный В 1962 году большевистская идеология не позволила бы такого человека реабилитировать.

– А кем он работал в 20–30-е годы?

– Он был крестьянин-единоличник, а на момент расстрела в 1937-м был десятником в строительной конторе. Он представлял для них опасность, его надо было обязательно уничтожить. Во-первых, Мангут стоит на границе, во-вторых, так как он был станичным атаманом, это выборная должность, этот человек в случае какой-то заварухи мог за собой повести народ. А так как в характеристике написано, что это ярый белогвардеец и отъявленный кулак, то ясно, в какую сторону он мог повести людей. Поэтому его было необходимо подвести под такую статью, чтобы живым он оттуда не ушел. Вот и натянули ему партизан.

– Наверное, антикоммунистом он был действительно?

– Что бы вы сказали сталинистам, если бы пришлось с ними спорить?

– Слова чужие, но они мне понравились: "Те, кто хочет возродить сталинизм, должны держаться поближе к стенке, чтобы помнить, чего они добиваются". Вот этими словами я бы и сказал"