?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

"На третий день праздников, когда страна отмечала Новый год, а российские законодатели — пятилетие «закона Димы Яковлева», запрещающего американцам усыновлять наших сирот, в деревеньке Агибалово мучительно умирала 7-летняя Дарина Лучина (имя изменено). По версии следствия, ее задушил приемный отец. На новогоднем утреннике малышка отказывалась идти домой, плакала, что ее там убьют, просила помощи, выбегала на улицу. Но народ веселился и не обращал внимания. Утром 4 января Дарины не стало.


«Всю ночь из их дома доносились ее крики, а потом — ох, она лежала на диванчике у крыльца в одной рубашонке, а этот изверг еще и отпирался, мол, знать ничего не знаю», — не скупятся нынче на комментарии деревенские. «Изверг», «бес», «сумасшедший» — такими эпитетами щедро награждают они подозреваемого в детоубийстве.

Остается понять, каким образом 50-летнему Петру Романенко и его 48-летней супруге Екатерине Стебливской, бывшим гражданам Украины, не имеющим своего жилья, кочующим из деревни в деревню, за короткий срок удалось взять под опеку аж восьмерых (!) детей. По словам соседей, они не собирались останавливаться на достигнутом.

Остановило — убийство...


Семья перекати-поле

В деревне Стешино Холм-Жирковского района Смоленской области эта пара появилась в 2016 году.

На первый взгляд люди как люди. Муж, жена... Бывшие граждане Украины. Но перебрались к нам задолго до войны. «Брак между Катериной и Петром был зарегистрирован в 2010-м, за год до их переезда. Нас еще удивило, что раньше у него тоже была фамилия Стебливский, но затем он получил в России новый паспорт и почему-то стал Романенко. Может, и на Украине за ними тоже какой след тянется?» — размышляют в местной администрации.

Дали им дом в социальный наем, небольшой, но со свежим ремонтом и за символическую квартплату, предложили работу: он пастух и скотник, она подсобная рабочая. Вскоре приезжие попросили у директора совхоза положительные характеристики, дескать, хотим взять под опекунство сирот. Сперва причин отказывать им не было. «Привезли они трех детишек, мальчика и двух девочек. Потом еще одного, совсем маленького. Родная мать их попала под суд, и поэтому ребятишек изъяли», — вспоминают в деревне.

Глава семейства Петр забирал длинные волосы в пучок, сзади хвост, спереди борода, угрюмо сверкал глазами, говорил громко и непонятно, с сильным акцентом, по местным меркам — подозрительная личность. «Про религию любил вставить словечко, заявил, что он дьякон и работать пастухом не может, а хочет быть священником». Катерина тоже должности подсобной рабочей не радовалась. Считала, что достойна большего.

Взятые же под опеку детишки росли тише воды, ниже травы. «Сядут, как воробьята, в ряд, руки на коленки сложат», — вспоминает директор сельскохозяйственного кооператива Виктор Ступак.


Но — сытые, одеты чистенько, «папа, мама», не придерешься, вот только глаза испуганные. «Их дом через четыре был от нашего, — рассказывает 60-летняя соседка Валентина Михайловна Ковалева. — Мы овец держим, и как-то Петр попросил продать ему пару. И вдруг принялся шутить: мол, не знаю ли я, как у овец в животном мире сексуальное общение происходит, может ли мать со своими детьми спать или отец? Я его тогда резко осадила...»

Валентине Михайловне казалась неестественной тишина в соседнем доме. Слышно, как часы тикают. «Не могут нормальные дети так себя вести!» Пару раз пенсионерка порывалась сходить в опеку, но так и не решилась. «Понимаете, это деревня... А вдруг возведу напраслину на хорошего человека? И как мне потом ему в глаза смотреть?»..



Деревенский люд целое лето наблюдал, как дети с Петром пахали в коровнике, пасли стадо. То есть работала мелкота, а так называемый отец крутил коровам хвосты. Как-то начальство углядело, что приемный мальчонка один скачет на лошади. Против всех правил безопасности. «Я его предупредил: чтобы больше не повторялось! — уверяет председатель Виктор Ступак. — Я эту парочку сразу раскусил. Это они кому другому могли лапшу на уши вешать. Да у них все мысли были — взять еще детей, машину купить. Работники никудышные, ни кола ни двора. А за приемных очень даже неплохо платят. Четыре ребенка — это несколько десятков тысяч, федеральные выплаты, региональные надбавки, зарплата родителям, льготы и субсидии».

Поэтому на просьбу подписать им еще одну характеристику для детского дома директор ответил категорическим отказом. «Ага, сначала они кучу новых детей сюда приволокут, потом потребуют по закону, чтобы я им трехэтажный особняк построил. Приедет их 10 человек — 160 метров подавай. Петр будет семечки лузгать, пока мы на них всем миром пахать станем».

Родную мать первых приемышей оправдали, и она забрала детей обратно. Настали для Петра и Катерины тяжелые времена. Снова приходили они в администрацию, умоляли выдать им нужные справки на очередную партию сирот. «Скажу честно, Екатерина Григорьевна даже на коленях передо мной стояла: напишите характеристику. Но мне неприятности не нужны. Пусть лучше уезжают от греха подальше, так я им и ответил».

К чести председателя Ступака, он не просто попросил нерадивых работников покинуть хозяйство, но и позвонил в соседнее село, проинформировал о том, что могут, дескать, объявиться такие, съездил и в районную опеку.

Однако семейку все же приняли в соседнем Агибалове, что километрах в двадцати от Стешина...


Слезы на пушистых ресницах

Сняли Екатерину Стебливскую полицейские с поезда в Воронеже. Следующим утром. До этого соседи пытались дозвониться ей на телефон и слали смс, чтобы сообщить о смерти маленькой Дарины, но трубку она не брала.

По сообщениям местных СМИ, Петр мог надругаться и затем задушить девочку на глазах у остальных детей. В ту ночь в деревне загорелся магазин, и он, обеспечивая себе алиби, говорил, что был на пожаре. «Вернулся, дескать, а она лежит в одной маечке на крыльце... А до этого дети кричали всю ночь, ой, как они кричали!» — причитают сейчас деревенские.

Хоронили Дарину, как рассказывают, за счет администрации. И еще до похорон «Григорьевна» как ни в чем не бывало вышла на работу в детский сад. «А каким образом я могу ей запретить? Не она же ее убила», — бросается на защиту главная воспитательница Анастасия Александровна Янковская и возмущается теми родителями, кто после случившегося отказывается приводить своих малышей в группу. «Женщине и так досталось, у нее же остальных детей отобрали. Вся жизнь теперь сломана», — вздыхает она.

Сюжеты местных СМИ тоже полны сентиментальных подробностей...


Недетский юбилей

Пять лет назад, когда «закон Димы Яковлева» был триумфально принят большинством голосов в Госдуме при восьми «против», законодатели заявляли, что руководствуются исключительно благом детей. И дело не только в том, что американские усыновители периодически их истязают и убивают, но и в системе, которая создалась вокруг самого института международного усыновления. «Все погрязло в коррупции. Одно усыновление стоит от 50 тысяч долларов и выше», — уверяли эксперты.

Предполагалось, что, если брать под опеку детдомовцев станут российские граждане, нарушений станет в разы меньше. А чтобы стимулировать их желание, надо всего лишь увеличить размеры выплат. Денег действительно стало больше. И одна порочная практика тут же сменила другую — теперь малышей, особенно в провинции, нередко отдают алкоголикам и тунеядцам, сомнительным личностям, ничего толком не проверяя, пачками. По 4-5, а то и более, человек в одни руки.

Громкий прошлогодний скандал с опекуншей Светланой Дель, которую обвинили в том, что она издевалась над десятью приемышами, так ничего и не изменил.

Да, убивать российских детей в Америке перестали. Их начали убивать на родине.

2017 год. Вынесен приговор 28-летней приемной матери из Калужской области. Дочку они с мужем убили за «отсутствие навыков самообслуживания и непослушание», труп закопали в лесу.

2016 год. В Калачинске из-за взорвавшегося телевизора сгорели четверо приемных детей. Родителей ночью дома не было.

2016 год. В Липецкой области опекуны зверски убили приемную девочку. На ее теле обнаружили более 60 шрамов, ребенок подвергался сексуальному насилию.

В 2015 году от преступлений приемных родителей погибли 7 приемных детей. Всего же с момента принятия «закона Димы Яковлева» жертвами нерадивых российских усыновителей, по разным данным, стало

несколько десятков детей.

Есть ли какая-то выгода у детских домов, судов и органов опеки отдавать несовершеннолетних подопечных неизвестно кому, фактически бомжам и перекати-поле? Или они это делают исключительно ради будущего счастья сирот и иногда просто ошибаются? В любом случае Дарину Лучину, увы, не вернуть.

Но вина в ее гибели лежит не только на Петре Романенко, а на всех тех, кто должен был и мог его остановить.

Как стало известно «МК», сейчас следственным управлением Следственного комитета по Смоленской области ведется доследственная проверка органов системы профилактики и безнадзорности, осуществлявших контроль за данной семьей. В настоящий момент уголовное дело по факту халатности против кого-либо не возбуждено."
http://www.mk.ru/social/2018/01/18/rossiya-veselilas-a-pervoklassnicu-darinu-ubivali.html





march_styd_glaza_ne_est
https://sudenko.livejournal.com/6012827.html


http://sudenko.livejournal.com/4256861.html

В час веселья нам не до беды чужой?

Posts from This Journal by “сиротская доля” Tag

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Links

Tags

Powered by LiveJournal.com